Непроизвольная тайнопись лао-цзы

Непроизвольная тайнопись лао-цзы

Дао-Дэ Цзин. Книга о Пути судьбы/ Пер. В.Малявина.– М.: Феория, 2010. – 690 с, илл. (Древо).

Новое издание даосского канона «Дао-Дэ цзин» в переводе русского китаеведа Владимира Малявина – уже третье по счету и, по всей видимости, окончательное. Весьма внушительная книга и по количеству, и по содержанию. Читатель отыщет в ней броский и пластичный, во многом новаторский перевод «Дао-Дэ цзина» с подробнейшими примечаниями, парафразами отдельных глав, блистающими перлами жизненной мудрости, увлекательной подборкой суждений ветхих китайских комментаторов.

Хорошие комментарии Хэшан-гуна и Ван Би в первый раз приведены фактически полностью. Помимо этого, в переводе максимально полно учтены древние перечни даосского канона, отысканные в Мавандуе и Годяне, причем тексты из Годяня представлены всецело и также детально прокомментированы. Имеется кроме того перевод малоизвестного за пределами Китая самого раннего даосского сочинения на метафизические темы.

Наконец-то русскому читателю стал дешёв целый массив имеющихся на сегодня сведений о тексте «Дао-Дэ цзина». И соответственно весьма надежный, научно обоснованный его перевод. Еще в книге имеется подробное изучение духовного наследия даосского патриарха Лао-цзы, которому традиция приписывает авторство «Дао-Дэ цзина». Имеется кроме того иллюстрированный очерк иконографии Лао-цзы. К услугам дотошного читателя – широкий научный аппарат.

Одним словом, неповторимое издание, имеющее и отвлечённую, и литературную, и независимую философскую сокровище.

Когда-то переводы Малявина издавались в серии под девизом: «Китайская классика: новые переводы, новый взор». Вот фирменная изюминка исследовательской работы Малявина-китаиста: приходить к новому пониманию древних произведений через их новое прочтение. Самоочевидная помой-му истина, но в научной судьбе не так уж довольно часто видящаяся. И на этот раз Малявину удалось сообщить новое слово в познании китайской мудрости, и это слово информирует что-то серьёзное о нас самих.

Так оказалось вследствие того что Малявин не хватается за привычный каркас западных интеллектуальных конструкций, дабы растолковать «учение Лао-цзы», а сходу погружается в старый китайский текст с его пестрой мозаикой смыслов, музыкой их узких модуляций, где нет ничего, что тождественно, но и не противоположно второму, где все, прямо по слову Гёте, подобно всему. Высшим выражением данной необычной алхимии смысла, одновременно изощренной и совсем естественной, выступает парадоксальный, самоупраздняющийся афоризм.

В данной музыкальной какофонии старого текста слова как словно бы расступаются, высвобождая мощь самой жизни. И китайская идея как бы колеблется между двумя либо кроме того несколькими последовательностями значений, получая темперамент непроизвольной тайнописи. Находки в Мавандуе и Годяне значительно раздвинули горизонты данной игры смысла.

Многие ученые, в особенности в Китае, удовлетворяются созерцанием ее прихотливых форм, заменой и перестановкой иероглифов, благо китайское письмо предоставляет для этого занятия практически неограниченные возможности. Китайская книжность, по сути, и имеется такое любование застывшими, но в весьма динамичными кристаллами китайского письма – кристаллами окультуренной судьбе.

Малявин идет дальше: он прорывается к истоку данной динамики – к опыту чистого события как общей событийности, либо, как он обожает сказать, чистой сообщительности прежде и поверх всех сообщений. На данной базе он выстраивает новую для западного человека мировоззренческую совокупность и, добавим, новую концепцию социальности, обретаемой за пределами всех публичных форм.

И, потому, что речь заходит о самом ярком, самом естественном опыте переживания судьбы, он говорит о том, что эта врожденная нам и, как он выражается, не столько гуманитарная, человеком постулируемая, сколько человечная, человекопорождающая действительность откликается самым насущным духовным исканиям отечественной эры. Так старая китайская мудрость показывает современным людям их пути в будущее. В итоге, не для ли этого неизвестного будущего мы вчитываемся в письмена, пришедшие к нам из непроницаемой глубины столетий?

Источник.

Лао Цзы. Дао Дэ Цзин — «Книга пути и достоинства» (аудиокнига)


Темы которые будут Вам интересны:

Вы можете следить за комментариями с помощью RSS 2.0 ленты. Комментарии и трекбеки закрыты.

Comments are closed.